Главная > Новости > Неразгаданные тайны Медного

Неразгаданные тайны Медного

О российско­-польском мемориале «Медное» наслышан каждый житель Калининского района. Катынская трагедия до сих пор относится к резонансным преступлениям ХХ века. До сих пор те или иные секреты Катынского дела получают широкую огласку. Например, в пяти номерах кряду журнал «Звезда» публикует воспоминания генерала Владислава Андерса «Без последней главы. Польская армия в СССР» (2013; №№ 1, 2, 3, 4, 5). Генерал проливает свет на то, как в годы Великой Отечественной войны искали пропавших польских офицеров. Но на многие вопросы Катынского дела нет официальных ответов.

Маршал КоневТак, принято считать, что гитлеровцы взяли Калинин потому, что город находился на пути войск, стремящихся в ходе операции «Тайфун» охватить Москву с севера, и одновременно «свернуть» Северо­-Западный фронт, вбив между ним и Западным фронтом мощный бронетанковый клин. Но почему танкисты Гота отвернули из Калинина в диаметрально противоположную сторону от Москвы? Причем в дни, когда в ней началась паника, а 19 октября объявили осадное положение. Ведь операцию «Тайфун» никто не отменял, и Москва оставалась главной целью операции.

БОИ ЗА СЕЛО МЕДНОЕ

Боевым действиям между Калинином и райцентром Медное посвящено немало страниц сборников «В пламени войны», «Это было на Калининском фронте», «На правом фланге Московской битвы». Однако в них осталась неисследованной совокупность операций пяти советских армий на территории Калининской области с июля по декабрь 1941 года. «Более того, такая задача не ставилась и не решалась», — констатировал доктор военных наук Михаил Хетчиков, недавно издавший свой труд «Оборонительные и контрнаступательные операции, проведенные в 1941 году на тверской земле».

Дотошность Михаила Дмитриевича выше всяких похвал. Он впервые воссоздал и схематично представил не только оборонительные операции с участием нескольких армий, но и менее объемные операции и сражения, проведенные войсками 22­й, 29­й, 30­й армий. Профессор проанализировал и оценил как совместные действия опергрупп 24­й, 28­й, 29­й, 30­й армий и опергруппы генерала Рокоссовского, так и итоги действий каждой группы в отдельности. Возьмем книгу «На правом фланге Московской битвы». На 14­й странице говорится: «Особенно тяжелая обстановка сложилась на правом крыле Западного фронта». По Хетчикову, все наоборот. На калининском операционном направлении дела обстояли намного лучше, чем в центре Западного фронта (где в районе Вязьмы были окружены и уничтожены несколько советских армий) и чем на его левом фланге (окружение и частичный разгром двух армий под Брянском). В 1941 году в Калининской области ни одна советская армия не была окружена и разгромлена.
С военной точки зрения у М.Д. Хетчикова все логично, но с геополитической – ясно не все, некоторые вопросы не имеют вразумительных ответов.
Как ударные танковые и механизированные соединения немцев в самый пик октябрьской распутицы могли развить по бездорожью наступление на север и северо­восток от линии Торжок — Лихославль — Калинин, особенно севернее Бежецка? Ведь из­за климатических условий планы германского командования, реальные для середины сентября, вряд ли были выполнимы через месяц. Почему Тверецкий мост, через который только и можно следовать на северо­восток и восток на Бежецк, Кашин и Кимры, оказался блокирован противотанковой артиллерией 256­й дивизии, сформированной по приказу Берии из кадров НКВД? А оба моста через Волгу, железнодорожный и автомобильный, — нет? Их бомбежки начались лишь с 16 октября, когда 1­я танковая дивизия и 900­я элитная моторизованная бригада 3­й танковой группы втянулись далеко в Заволжье. Отчего передовые и самые боеспособные соединения противника при явном перевесе в танках и авиации не продвигались к северо­западу от Медного и Марьина к Торжку и Вышнему Волочку, а вернулись в Калинин, будто выполнив какую­то задачу.

ВОЙСКА НКВД

МасленниковНикто не обращал внимания на состав войск, участвовавших в Калининской оборонительной операции, а он весьма любопытен. 29­-й армией командовал бывший заместитель Берии по внутренним войскам – генерал Иван Масленников. При этом три дивизии (252­-я, 254­я и 256­-я), входившие в состав 29­-й армии в момент образования Калининского фронта, были созданы в соответствии с приказом Ставки ГК от 29 июня 1941 года за №00100 «О формировании стрелковых и механизированных дивизий из личного состава войск НКВД». В боях на участке Калинин­-Медное­-Марьино участвовали также: 16-­й погранполк НКВД, отдельная мотострелковая бригада НКВД под командованием комбрига А.Н. Рыжкова и 46­-й мотоциклетный полк, который некоторые исследователи, исходя из вооружения, относят к формированиям НКВД.

Допустим, все это совпадение.

Но почему генерал­-полковник Конев жаловался на командарма­29 генерала Масленникова? «(Мой) замысел, — писал позже Конев, — сводился к следующему: рокировать 29-­ю армию с северного на южный берег Волги и, наступая вдоль берега на восток во взаимодействии с группой генерала Ватутина и 256-­й стрелковой дивизии, ударить по тылу вражеской группировки, прорывавшейся к Калинину. Быстрое и четкое выполнение этого маневра неизбежно, по моему мнению, остановило бы противника, наступавшего на Калинин с юга. Но Масленников, видимо, не разобравшись в обстановке, не выполнил поставленной задачи, тайно обжаловав мое решение имевшему с ним связь Берии… Вопреки моему распоряжению, он двинул армию северным берегом…»

Достаточно бросить беглый взгляд на карту, чтобы убедиться: армия Масленникова отошла к Медному. А теперь вспомним, что именно Конев председательствовал на суде над Берией. Через четыре месяца после казни Берии застрелился и генерал армии И.И. Масленников, лишившийся покровительства.

КАПКАН ДЛЯ ГОТА?

В образовавшуюся между обороняющимися советскими армиями брешь к Калинину прошли самые боеспособные соединения 3­й танковой группы Гота. Их продвижение на сутки приостановили малочисленные защитники Калинина.

В центре Калинина остался невредимым шоссейный мост, который от несанкционированного разрушения охраняли истреббатальон из оперсостава Калининского УНКВД и рота охраны штаба 30­й армии. А ведь именно НКВД отвечал за охрану стратегически важных мостов. Более того, уцелел и железнодорожный мост, который 14 октября отбили воины 256­й дивизии (напомним, сформированной по приказу Берии). Блокированным оказался только мост через Тверцу.

Полное впечатление, что сдача областного центра, Ржевского и Старицкого районов, части соседних райцентров, в том числе Медновского и Калининского, – это компонент искусного плана: оккупанты получили территорию (с которой, однако, нельзя было продвигаться на север из­за распутицы), но потеряли в темпе наступления, в результате чего к столице успели подтянуться наши стратегические резервы. Автор этих строк полагает, что Масленников выполнял какое­то задание Берии, члена ГКО с 30 июня 1941 года, руководствовавшегося призывом «Отстоим Москву любой ценой!»

МЕДНОЕ – ЦЕНА ВТОРОГО ФРОНТА

Не вполне понятны мотивы германского командования. Целый ряд высокопоставленных гитлеровских генералов, и в их числе – начштаба 4­-й танковой группы Шарль де Боло, полагал, что не нужно было дробить силы, наступавшие на Москву. Не все немецкие военачальники считали правильным захват Калинина.

На первый взгляд, Медное не идет ни в какое сравнение со столицей СССР. Но если принять во внимание реальную угрозу заключения сепаратного мира между Англией и Германией, то становится понятно, что в октябрьские дни 41­го года село Медное могло стоить второго фронта: в Лондоне находилось польское правительство.

О Катынской трагедии миру стало известно весной 1943 года, уже после убедительной победы, одержанной Красной армией под Сталинградом. Даже на таком благоприятном фоне Катынская трагедия получила сильный резонанс, негативный для СССР. Пропагандистский эффект от обнаружения захоронения в Медном осенью 1941 года стал бы еще масштабнее, так как немецкая армия стояла у ворот Москвы, а воюющие народы еще не пережили боль от гибели миллионов соотечественников.

СМОЛЕНСКИЙ ПАРТАРХИВ

Насколько правдоподобно это предположение? Судите сами, читатель. В первый год войны, когда кадровые советские войска попадали в плен сотнями тысяч, коллаборационизм тоже не был чем­то необычным. Так, отметим, что смоленский партархив уже был в руках захватчиков.

А в любом партийном архиве должны иметься списки членов и самое святое – ведомости уплаты членских взносов. По ним любой следователь управы легко мог уяснить иерархию и прежнее занятие партийцев, оставшихся в оккупированной местности. Смоленский партархив – не единственный такой. Не секрет, что в Калининской области некоторые фонды районных архивов были утрачены после отступления советских войск.

По понятным причинам все опубликованное о Медном до момента первой эксгумации в августе 1991 года не в полной мере соответствует историческим реалиям. А публикации сугубо военных исследователей в лучшем случае лишь уточняют картину боевых действий.

ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА

Но почему гитлеровцы не использовали информацию о Медном, хотя бы во время проведения раскопок в Катыни? Видимо, оказавшись в мешке, они решили, что попались на военную хитрость. Тем более, что в Медном действительно нет никаких смертных ям.

Широко распространено ошибочное мнение, что военнопленные граждане Польши похоронены в самом Медном. В действительности же они погребены между Медным и деревней Ямок. Поселок Медное и мемориал «Медное» – в разных географических точках.

Следует сказать также, что во время боев за села Медное и Марьино выпадал снег. Бесспорно, снегопады мешают искать следы на почве. Устраивать танковые экспедиции в распутицу в сельскую местность – тоже не самое лучшее решение: грязи боятся и танки. Немецкие тяжелые танки, съезжая с шоссе, просто садились на днище.

Тем не менее факт расстрела в СССР польских офицеров ведомство Геббельса все-­таки использовало для разжигания антисоветизма, но время было упущено: 43­-й год существенно отличался от 41­-го года, и взрыва антисоветских настроений не произошло.

Мы предполагаем, что руководство НКВД в октябре 41­го действовало крайне расчетливо и рационально. Сколько жертв НКВД погребено в Медном и вообще есть ли они там – неважно! Важно, чтобы в массовые гекатомбы поверили верхушка спецслужб и пропагандисты Третьего рейха.

Нельзя сказать, что покойный Виктор Илюхин и писатель Юрий Мухин совсем уж неправы. Никто ведь не видел автоколонн, якобы ежедневно отправляющихся в Медное со двора УНКВД и обратно. Никто не помнит и колонн автозаков, следующих в Калинине с места выгрузки поляков на железной дороге во двор УНКВД и обратно. По крайней мере, об этом не говорится в совместном заключении управления ФСК и областной прокуратуры от 9 февраля 1995 года.

Зато официально признано, что жертвы политических репрессий хоронились на Волынском и Неопалимовском кладбищах, а также во дворе УНКВД (на территории медакадемии). И еще 7 декабря 1991 года в газете «Свободное Слово» (в статье
И. Мангазеева «Не только Медное…») упоминалось сообщение бывшего капитана внутренней службы Станислава Дударева о том, что фрагменты польских военных мундиров обнаруживались в Калинине на территории СИЗО­1.

Игорь МАНГАЗЕЕВ

  1. Пока что нет комментариев.